Ян Мадея: «Россия входит в топ-7 важнейших рынков»

Mercedes-Benz изучает возможность запуска в России собственного производства легковых автомобилей и планирует пересадить россиян на микроавтобусы из Нижнего Новгорода. Корреспондент «Газеты.Ru» поговорила с главой Mercedes-Benz в России Яном Мадея о политических санкциях, особенностях отечественного законотворчества, премьерах на Московском автосалоне и о сексуальности бренда.


Г-н Мадея, согласно новым требованиям Минпромторга в тендерах на госзакупки могут участвовать только компании с высоким уровнем локализации производства в России, в том числе автомобильные. Как идет работа в этом направлении?

Mercedes-Benz следует этой тенденции, но для нас это совсем не новая тема. В российском правительстве такие разговоры ведутся уже как минимум год. Мы всегда выступали за открытый рынок и считаем, что любые ограничения конкуренции и препятствия свободной торговле наносят вред рынку и замедляют его развитие. Поэтому мы, конечно, не рады этому обстоятельству. Сейчас нам необходимо понять, что в точности происходит, изучить, каковы правила. Мы проверяем, будет ли у нас возможность начать производство легковых автомобилей в России. Ведь компания уже собирает здесь грузовые и малотоннажные автомобили, и единственное направление, которого у нас нет, — производство легковых машин.

Сейчас мы обсуждаем этот вопрос с топ-менеджментом концерна. Нам бы хотелось сделать этот шаг. Но многое зависит от рамочных условий. Россия — очень специфическая страна с особыми юридическими требованиями. Возьмем постановление о промышленной сборке №166. Есть старое постановление, есть новое, и во всех указаны разные требования к необходимому уровню локализации производства. Это очень трудно. Получается, что речь идет не просто о создании производства в России. Вопрос во многом завязан именно на юридических аспектах.

Насколько для Mercedes-Benz важна возможность участия в тендерах на госзакупки?

Для нас важны абсолютно все клиенты. Иметь в списке клиентов членов правительства, безусловно, очень важно и престижно. Но если взять все наши продажи в целом, а на российском рынке мы продаем порядка 45 тыс. автомобилей, то на долю государственных заказчиков приходится не более 3%.

Конечно, обычно они покупают дорогие машины. Но эти заказы не определяют прибыльность нашей компании. Для восприятия бренда и нашей репутации важно, что топ-менеджмент крупнейших компаний ездит на Mercedes-Benz. Тем не менее это очень маленькая часть нашего бизнеса.

В Минпромторге нам сообщили, что в свое время именно Mercedes-Benz стал инициатором идеи о повышении уровня локализации в области автомобилестроения. Но в результате компания отказалась от этой идеи вплоть до соответствующего решения Минпромторга. С чем это было связано?

Работать над вопросом локализации производства мы начали не потому, что этого потребовало российское правительство. Это неправда. Обсуждение этого вопроса мы подняли уже около года назад. Россия входит в топ-7 важнейших для нас рынков. Очевидно, что у нас здесь есть стратегия работы и развития. И мы не говорим только о завтрашнем дне, стратегия предполагает работу на ближайшие десять лет. В ходе ее обсуждения мы действительно думали, что, возможно, не стоит развивать производственную активность в такой стране, как Россия. Дело не в русских, а в том, что производство очень зависит от рамочных условий.

Законодательство должно быть прозрачным и стабильным. А с этим в России проблемы — есть правила, мы начинаем действовать на их базе, потом они меняются. Сначала появляется утилизационный сбор, затем требования к локализации производства. Потом запускается программа субсидирования — сейчас мы изучаем, как работает она.

Что необходимо для запуска местного производства в России?

Во-первых, это спрос в самой стране. Мы не можем построить в России огромный завод и продавать произведенные здесь автомобили по всему миру. Поскольку наладить экспорт из России весьма сложно. В соседних Казахстане и Белоруссии нет такого спроса на автомобили luxury-сегмента. Поэтому нам приходится говорить исключительно о производстве автомобилей для России. А у нас более ста моделей, больше десяти модельных линеек. Очень сложно создать производство, где все они будут собираться, — это 50 тыс. единиц. Второй элемент — это рентабельность производства на местном рынке. Мы хотим понять, насколько производство может быть эффективно в России. В настоящий момент мы понимаем, что вести производство в России очень дорого.

Сейчас мы находимся в тесном контакте с местными поставщиками, российскими производителями автокомпонентов. Ведь мы не можем импортировать их все, в этом нет смысла. И в России обстановка в сфере поставок совсем не такая, как хотелось бы. Поэтому наш успех зависит от трех элементов: ясная нормативная база, спрос на местном рынке и рентабельность производства.

То есть экспорт продукции из России не рассматривается вовсе?

Сейчас мы смотрим, в какие страны мы сможем экспортировать наши минивэны, которые производим в Нижнем Новгороде. Мы прощупываем рынки и хотим начать экспорт.


В дайджесте размещен фрагмент материала, опубликованного на интернет-портале Gazeta.ru 15 июня 2014 года.

Автор: Алина Распопова

Полный текст вы можете прочитать на сайте издания

16 Июня 2014
  • Комментарии 0
  • Посещений 2841

Комментарии

Чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться на сайте