Андрей Пантюхов: «Более 80% шин сделаны в России»

Общее падение спроса на авторынке сказывается и на смежных отраслях. О том, как Nokian Tyres развивает экспорт из РФ, чтобы снизить зависимость от внутреннего рынка, а также потерях от запрета самостоятельной утилизации шин в интервью «Ъ» рассказал глава Nokian Tyres в России Андрей Пантюхов.


Какова динамика производства в этом году и сказывается ли как-то падение автомобильного рынка на вас?

В случае компании Nokian Tyres нужно разделять динамику продаж на локальном российском рынке и динамику производства. Дело в том, что значительная доля объема нашего производства в России идет на экспорт в другие страны. Поэтому на динамику производства влияет не только состояние российского рынка, но и динамика наших продаж на других рынках, в частности в Центральной Европе, Северной Америке. Это те рынки, куда мы в основном поставляем продукцию.

В целом производство на нашем заводе на Всеволожске в этом году достаточно стабильно и находится примерно на том же уровне, что и годом ранее. В начале года было небольшое снижение, вызванное тем, что у компании несколько сократились продажи на других рынках, в первую очередь на рынке Центральной Европы. Но во втором полугодии мы идем по объемам производства примерно на том же уровне, что и в прошлом году.

Каковы сейчас объемы экспорта и основные страны, куда вы поставляете продукцию из РФ?

У нас доля экспорта сейчас составляет более 60% от общего объема производства завода. И вообще, завод во Всеволожске — основная производственная площадка для всего концерна Nokian Tyres. Более 80% всех шин, продаваемых под нашим брендом по всему миру, сделаны в России. Поэтому география экспорта очень широкая — около 40 стран. Основные рынки — Центральная Европа, Северная Америка, а именно США и Канада. Плюс сейчас динамично развивается азиатское направление: мы поставляем из России шины, в частности, в Японию и Китай. География экспорта очень широкая, мы крупнейший экспортер потребительских товаров в России среди всех отраслей промышленности.

Вы пользуетесь экспортной поддержкой от государства — например, так называемой логистической субсидией?

Мы, скажем так, пытаемся ею воспользоваться. В этом году впервые подавали заявку, но пока, к сожалению, положительного результата нет. Это связано в том числе с изменениями законодательства, которые в этой сфере как раз происходили в этом году, с очень длительным и сложным рассмотрением, документооборотом. Но мы с нетерпением ждем все-таки, что нам Минпромторг такую поддержку окажет. Тем более как крупнейшему экспортеру.

Что у вас с локализацией сейчас?

Тут, наверное, нужно разделить производство и сырье. Если говорить о сырье, то в принципе локализовано уже все, что только можно. Потому что не все виды сырья, которое мы используем, производятся в России — есть какие-то отдельные виды химикатов, например, которые мы вынуждены импортировать. Плюс есть такие виды сырья, как натуральный каучук, который просто не произрастает в России, и заменить его, особенно в зимних шинах, невозможно. Поэтому мы большие объемы натурального каучука импортируем в основном из стран Юго-Восточной Азии. Но в России покупается очень большой объем синтетического каучука, также технического углерода, металлической проволоки и так далее. Российские производители этих видов сырья также поставляют свою продукцию на наши заводы в других странах и заводы наших конкурентов в Европе.

Если говорить о производстве, то с момента запуска площадки во Всеволожске — в 2005 году — это предприятие полного производственного цикла, в этом плане локализация полная.

Рассматриваете ли вы возможность производства шин для грузовиков в России? Какие для этого ограничения?

Компания Nokian Tyres не имеет собственного производства шин для грузовиков вообще где бы то ни было. Мы продаем относительно небольшие объемы шин для грузовиков под брендом Nokian Tyres, но их для нас производят другие производители на европейских заводах.

У компании есть собственное производство индустриальных шин, и мы, в том числе в России, являемся лидером в сегменте шин для лесозаготовительной техники, широко представлены в сегментах шин для шахтного оборудования, портового оборудования. Но это производство сосредоточено в Финляндии, и для этих видов продукции Россия не является одним из крупнейших рынков.

В части производства и продажи шин для легковых автомобилей и внедорожников ситуация другая. Россия — крупнейший рынок для компании, и именно поэтому изначально еще в 2004 году было принято решение о строительстве завода здесь. С тех пор он все эти годы активно расширялся, модернизировался, всего мы инвестировали в площадку уже более €1 млрд. Производственные мощности завода во Всеволожске составляют 17 млн шин в год.

Для вас не создает неопределенность тот факт, что авторынок с момента вашего прихода и до 2008 года рос, потом продажи провалились? И то же самое повторялось в 2014-2015 годах, вот сейчас вновь мы видим падение.

Мне кажется, это просто особенность российской экономики и российского рынка. Такая неопределенность есть, некоторая цикличность. К счастью, мы имеем возможность балансировать между продажами на локальном рынке и экспортом, и, как я уже говорил, в этом плане мы находимся на достаточно особом положении. В те годы, которые вы вспомнили, в 2008-2009 годах, благодаря кризису мы начали развивать экспортное направление, и оно оказалось очень успешным. В 2015 году также активно развивался экспорт.

Кто ваши основные клиенты из российских автопроизводителей?

У нас в России очень диверсифицированная система дистрибьюции, потому что в разных регионах для разных категорий клиентов она выстроена по-разному. В большинстве регионов мы работаем через официальных дистрибьюторов, это, как правило, региональные дистрибьюторы с ответственностью за один или несколько регионов, которые полностью обеспечивают дистрибуцию нашей продукции в разных каналах и с разными категориями клиентов. На каких-то других территориях, где в силу сложившихся обстоятельств у нас дистрибьютора нет, мы развиваем прямые продажи, продавая локально с местного склада, в том числе очень маленькими партиями, продукцию местным розничным игрокам, шинным магазинам, автосалонам и другим типам клиентов.

С автопроизводителями, например Volkswagen Group Rus, Renault Russia, Peugeot Citroen, «Лада-Имидж», Subaru Motors, Mazda Motor Rus, Jaguar Land Rover, Mercedes-Benz, BMW, Volvo Cars и др., мы активно работаем в части поставки зимних шин и колес в сборе, именно зимних шин. На первичную комплектацию мы не работаем.

Также работаем с автодилерами — это крупные автодилерские сети, которые охватывают 20-80 автосалонов в целом ряде регионов. Мы активно работаем с ними также по прямым контрактам. Плюс мы последние годы очень активно развиваем и направление работы с потребителями непосредственно и уже запустили несколько онлайн-сервисов.

То есть это прямые покупки клиентами?

Да, на тех площадках, которыми мы управляем напрямую, позволяем размещать заказы, приобретать продукцию, причем не только нашу. Одна из наших торговых площадок на базе сайта нашей брендированной сети шинных центров Vianor продает не только шины Nokian Tyres, но и шины других производителей, а также диски, регуляторы, масла и другие автоаксессуары. У нас с 2012 года работал и прямой интернет-магазин для потребителей, и сейчас мы его в межсезонье закрыли на реконструкцию, и в следующем году он откроется уже в новом улучшенном виде.

Вы видите необходимость маркировки шин? То есть понятно лекарств, но шин?

Это риторический вопрос, знаете, мы уже смирились, что это неизбежно. Но если действительно вернуться в самое начало, под каким флагом вообще было объявлено о маркировке? Под флагом борьбы с контрафактом. Вот я возглавляю компанию Nokian Tyres в России 15 лет, я не видел ни одной контрафактной шины.


В дайджесте размещен фрагмент интервью, опубликованного в газете «Коммерсантъ» №231 от 16.12.2019

Автор: Ольга Никитина

Полный текст вы можете прочитать на сайте издания

16 Декабря 2019
  • Комментарии 0
  • Посещений 10545

Комментарии

Чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться на сайте